Записки городского сумасшедшего

Это не сайт-визитка компании. Это такая табуреточка. Вас ставили в детстве на стульчик, стишки почитать? Меня нет, а хочется. Даже с седыми волосами. Раз до трибун и кафедр допускают только по праздникам, будем болтать с табуреточки. Сколько доброхотов пыталось её выбить из-под моих ног? Вот-вот. Не дождетесь.
С этой скамеечки мне интересно говорить исключительно о том, что волнует автора, а автора, на сегодняшний момент, кроме живописи, печного дела, садоводства и симулятора сцен, волнует профессионализм коллег, точнее их образование и этичность поведения.
Стоп! Давайте четко определимся раз и навсегда. Ругать работу коллег-художников – последнее дело. Вдобавок, абсолютно глупое. Почему с художниками по свету должно быть как-то иначе? Отметить достоинства, «Всегда рады» ©, а недостатки, уверен, сам творец видит на порядок лучше. Даже работы учеников не оцениваю по этой причине. Очень боюсь убить в них самобытность.
Полемика может существовать не в искусстве, а в науке. А при чем тут наука? Извините, методику преподавания еще не отменили. В этой области мы с Вами работаем на Вечность.
Как сказал еще один мой коллега: «Тот, кто ориентируется на звезду, не оглядывается назад». ©
Лично я, под ободрение друзей и учеников, под шпильки недругов и при равнодушии «комхознаробразшоубизнесздрава» обогащаю традиционную российскую театральную школу и создаю Школу концертного постановочного освещения. Ни много ни мало.


О коллегах


У мэтров за плечами есть некая система, школа и опыт, и они этот опыт передают. Умело или не очень, не мне судить, хотя полемике, в полностью академическом смысле, где воюют школы, идеи и методы, а не личности их носителей, я буду только рад.
Оксюморон, том, что никак не могу остановится и продолжаю редактировать собственный учебник, на подходе третье, точнее четвертое издание. Паталогически опасаясь невольного плагиата, опасаюсь читать чужие учебники современников. В оправдание, могу сказать, что практически уверен, что в своей основе, мы принадлежим к одной школе постановочного света.

Кроме мэтров, существуют состоявшиеся художники по свету любого уровня. Не важно, где они трудятся, на стадионах или в маленьких клубах. У каждого свой мир и сформировавшиеся взгляды, творят – и молодцы. Пока мои коллеги молча занимаются своим творчеством или карьерой, всё естественно. Редко, но мастера передают свой опыт молодняку. Отлично! Честь и хвала вам, собратья. Мне и таким мастерам есть чем помочь и что сказать сугубо по делу, если, конечно, это требуется.
Совсем другая обстановка возникает, когда некоторые из них дорываются до микрофона или начинают стучать по клавишам, выдавая свои сентенции, как последнюю и непреложную истину, подавляя любую ересь и живя по принципу – «Дай нам силы, Господи, мы всё подомнём под себя» ©,

В этом случае у меня появляются неудобные вопросы, уж кто-кто, а я право задавать такие вопросы заслужил. Лезть в виртуальные или реальные конференции, диспуты,форумы и даже на кафедры особого желания нет. Да и не зовут уже особо. Забыли ребятки, как кофры таскали. Впихивать насильно знания тем, кто в этом не нуждается, назойливо. Зачем переделывать этот мир, когда создаёшь новые, пусть виртуальные миры, пачками?
А вот потребность поделиться с теми, кто в этом реально нуждается, защитить их от воинствующего невежества существует. Возможно, и мои некоторые мысли о профессии кому-то необходимы.

N! B!Брать деньги за обучение не очень удобно. Я и учебник свой опубликовал в журнале с условием, что он будет в свободном доступе, упрекнуть меня в меркантильности сложно. Популяризация, пиар и желание регулярно питаться конечно, присутствует. Как и сохраняется желание поработать. Но всё дело в приоритетах.

Личный бэкграунд.

Чтобы понять, почему художник много лет пытается делиться своими знаниями и умениями с широкой аудиторией, нужно хоть в общих чертах познакомиться не только с его биографией и учебной программой, но и с его художественным мировоззрением.

Романтический юноша, выросший на идеалах, заложенных прочитанными книгами и песнями, тютовскими педагогами и близкими друзьями (см. биографию), априори не смог бы стать конъюнктурщиком. Аудитория может только догадываться, насколько разошлись мои пути и пути шоу-бизнеса. Хотя, как могут разойтись две линии, никогда толком не пересекавшиеся.
Мой начальный профессиональный опыт формировался в ТЮТе (см. биографию), но это в первую очередь организация педагогическая и уж потом театральная. К слову сказать, имея педагогическое образование, в институте я научился, каким учителем не стоит быть, а настоящей педагогике я научился только в ТЮТе и там же начал это пробовать. Дальнейший рост в художественной сфере требовал более жестких условий развития, как говорится, выхода во взрослую жизнь, во взрослый театр. Но почему воспитанник театральной школы света, выбрал для себя не театр, а живописное искусство и русский рок?
Наверное, в силу того, что по природе я не коллективист, а одиночка, а театр – искусство коллективное. Наверно, потому, что система профессионального театра, изнутри, не такая уж и цельная и бескомпромиссная, как её стараются преподносить.
В центре режиссер, которому подчинено все. Декларируется, что это коллективное искусство, где все участники процесса соединены общей идеей создания произведения искусства, ради которой стоит жить и умереть. Безусловно, если режиссер – гений, можно и попробовать, но таких единицы. Каждый "творец" уверен в собственной гениальности, это нормально, пока ты отвечаешь сам за себя и ты – живописец, писатель или поэт.
Но режиссер отвечает за всю постановку, за множество соавторов, которые все, как один, должны жертвовать ради режиссерской идеи. Чужой идеи. Если ты доверяешь режиссеру, вопросов нет: ты заражаешься его идеей, она становится твоей, ты добавляешь в нее частичку своего, и появляется спектакль.
А если не сложилось и тебе нет дела до заморочек режиссера? Почему ты должен жертвовать всем ради чужого замысла? Тем более, что в любой момент на твои мысли может быть наложено табу. Теперь называют корпоративной этикой, и она присутствует в любой конторе. Театр пытается создать произведение, а контора- теплые носки, но и те и другие претендуют на исключительность. Важно что, как и любые крайности, они сходятся на хронической недоплате сотрудникам ради высокой идеи.
Так театр и не стал моей основной жизнью. Он исчез не полностью, конечно. От случая к случаю попадался действительно талантливый и харизматичный режиссер, или когда предложение было денежным или престижным и я делал театральные постановки.
Пытался ли создать свой театр? Как таковой, никогда. Я хотел быть тем, кто есть – художником. А вот театр одного художника создавался мною неоднократно.
В реинкарнации живописца, развешивая свои работы на стенках выставочного зала, постоянно помнил, что могу светить, делать декорации, а позже и видео. Поэтому выставлял не только картины, но и сценографию. Это было предтечей современных световых шоу. Когда подобные шоу создавались на долгий период, возникал "свой театр". Театр света. Так живописный мир, мир художников, стал для меня первой творческой отдушиной.
К слову сказать, молодому художнику посчастливилось выставляться с подлинными мэтрами живописи. Казалось бы, все индивидуалисты, все мастера и гении должны, соответственно штампам, себя вести. На деле оказалось, что ничего подобного. Зачем закатывать глаза и говорить о высоком, когда это и так понятно? К чему снобство, когда и так знаешь себе цену и давно всем всё уже доказано? Можно спокойно болтать о бытовых вещах и заниматься своим делом. Мне, молодому тогда художнику, была сделана прививка от излишнего самомнения. А театральное воспитание, где все поголовно впахивают и у каждого свои умения и таланты, избавляло от высокомерия по отношению к техническому персоналу.
Забегая вперед и подсматривая в щелочку соцсетей за молодыми осветителями, строящими из себя художников и поносящих все и вся вокруг, вспоминаю этот опыт и тихо посмеиваюсь.

Второй отдушиной стал русский рок. В 90-х, рокеры вышли из андеграунда и собирали стадионы. Казалось бы, в нем режиссёрский диктат должен быть заменен на диктат лидера группы или продюсера. Но не все обывательские представления правильные. Ни один продюсер не сформировал ни одну группу в русском роке, заявляю ответственно. В лучшем случае, частично помогали.
Ивенты, то есть директора и администраторы в то время бегали за сигаретами или покупали билеты на поезд. Диктат лидера внутри группы был сильно ограничен самой группой, друзьями-музыкантами. К примеру, звезда запросто могла схлопотать от звукорежиссера группы.
Важно понимать, что редкие художники групп в то время максимум занимались обложками и плакатами. О сценографии и свете речи не было. Практически. Музыканты сконцентрированы на звуке, и художник по свету делает то, что считает нужным. Да и художников по свету в 90-х было два с половиной человека на весь русский рок, и мы были в составе этих групп, со всеми вытекающими.
Мне довелось поработать плотно со всем "политбюро" русского рока и периодически — с первым эшелоном, не считая остальных, часто очень интересных и не менее любимых мною групп.
Именно поэтому я имею право говорить об этих явлениях в целом. Тем паче, свет в роке зарождался не только на моих глазах, но и не без моего участия.
Конечно, я был вдохновлен идеями группы, которые выражались в их песнях. А вот в трактовке идей и возможности добавить что-то свое я, в отличие от театра, делал всё, что считал нужным. Ограничен был разве что постановочной базой, да и то не всегда. Такой вот театр наоборот. Театр без режиссера.
Или с режиссером? Может, касаемо сцены я и был режиссером постановки де-факто? Не задумывался тогда.
Был ли серым кардиналом? В некоторой степени, это так. Музыканты были заняты песнями и звуком, я — сценой. Если быть совсем циничным и хвастливым, они озвучивали мои сценографические идеи. Я не лез в звук, но и в свою вотчину никого не пускал.
Надо ли добавить, что с попсой я органически не мог работать? Даже не по идейным соображениям, а просто из-за отсутствия общих коммуникационных систем. Мы находились в разных вселенных, даже язык общения был различен. Я не собираюсь публиковать тут мемуары, хотя вспомнить есть что, но цель всего этого опуса не в этом.
Аудитории необходимо сделать выбор: принимает ли она или отвергает бэкграунд своего потенциального учителя. Без этого выбора все последующее бессмысленно. Без Вашего осознанного выбора система, предлагаемая Вам, нивелируется до справочника по терминологии и списка "фишек" для угоды зрителям или заказчика. После моих уроков вряд ли Вы разбогатеете. Стыдно не будет, а вот остальное не гарантирую.

Что же произошло дальше? Системный кризис.

В русском роке исчез театр в самом живом понимании и появился шоу-бизнес.
Ребята сами сделали свой выбор, когда начала снижаться их фантастическая популярность. Не все смогли пойти по театральному пути, выбрав вечность и не пожертвовав стадионами, многие выбрали кабак, не столько по форме, сколько по сути, влившись в шоу-бизнес. Группы из подлинного коллектива, единой команды единомышленников, стали оркестрами под управлением лидера. Но это еще не стало крахом само по себе.
Столики в ресторане, песни по заявкам, услуги промоутеров, ивентов, дизайнеров, маркетологов не несут в себе ничего отрицательного. Даже на свадьбе или корпоративе можно работать честно и профессионально. Приговор наступает, когда это становится комплексным воздействием.
Даже подобная система позволяет долгое время оставаться на поверхности. В рамках шоу-бизнеса можно создавать хотя бы оригинальный и качественный продукт и оставаться профессионалами. Важно окружение и сама структура. Именно это окружение и покусало его участников, заразив их.
Всё, что я скажу дальше, имеет отношение не столько к уже абстрактным для меня музыкантам, режиссерам массовых зрелищ или ивентам. Они меня, за редким исключением, теперь интересуют только как персонажи, о которых приходится спотыкаться. К чести сказать, мне встречались и исключения. Да и двери я не запираю.
В целом меня интересуют исключительно мои коллеги: художники по свету, сценографы и художники мультимедиа.
Для того чтобы нарисовать черный квадрат на холсте, нужно знать рисунок, композицию, иметь мировоззрение и т. д. В противном случае это не сработает.
Авангардная работа, будоражащая зрителя больше ста лет, не потому что это квадрат, а потому что автор, умеющий весьма неплохо рисовать, будучи профессионалом, дерзнул создать сделать подобное. Всё просто.
А банан, прилепленный к холсту скотчем, сгниет и станет сгнившим бананом. Конечно, можно и банан продать, правда только один раз. Потом сочтут проходимцем, дадут пинка и выгонят за дверь.
Квадрат создан художником, знающим законы живописи. Законы живописи остаются законами, несмотря на то, отвергаете ли Вы их или нет. Автора Черного квадрата будут помнить наряду с автором Сада земных наслаждений. А кто вспомнит автора сгнившего банана? Кто вспомнит свет и имя коллеги, размахивающего стулом на пультовой и опускающего, очень остроумно, всех своих конкурентов? Может, просто он не осветитель, а стендапер? Но не это главное. Воспитание отдельных "авторов банана" дело их папы с мамой.
Меня же беспокоит тенденция.

Системные ошибки в современном постановочном концертном свете.

Попробуем разбираться. Художник по свету, как-то незаметно из весьма редкой и специфической профессии, в которой мало коллег и все худо бедно, друг друга берегут, стал массовой, да еще и возрастной профессией, со всем комплексом издержек, от мерянья пиписьками и расталкивания локтями, до отсутствия школы и настойчивого желания назло маме отморозить уши.
Дальше больше. Изображая черный квадрат, надо знать законы живописи. Работая на сцене, надо знать театральные законы. Наш шоу бизнес, тот же банан на скотче. И вот мы поженили русский рок с бананом, который первоначально держался на искренности. Теперь он держится на опыте музыкантов, на их мастерстве и профессионализме. Но это сцена. Всё равно это театр.
Азбука профессионального театра, никогда не давать волю актерам, они моментально растащат спектакль, не потому что они плохие, а потому что это особенность профессии.
Думаете. с музыкантами по другому? С ними еще хуже. Они вылезли на сцену не из-за кулис, как актеры, которые хоть знают о существовании театральных цехов, а из оркестровой ямы. Не прошло и тридцати лет, как они оторвали взгляд от струн и клавиш и увидели прожектор, может первый раз в жизни.
Умные артисты, неважно, актеры или музыканты, не станут лезть туда, где ничего не понимают.
Они позовут режиссера, которого этому учили.
С театром понятно, а с концертами? Если это эстрада или мюзикл, в любой форме понятно. Есть режиссура эстрады и массовых зрелищ. Худо бедно сделают.
А как быть в роке? Там то все замешано на драйве, энергетике, сиюминутной организации? Как профессиональному режиссеру в это въехать?
Тут нужен режиссер, живущий в роке с пеленок, а таких практически нет. Какой выход? Учится самим? Поздно. Наверное поздно. Поручить кому-то из своих. Как ни скорбно выбор невелик. Друзья, фанаты, тусовщики, да жены музыкантов. Не хочу никого обижать, но рок-журналистика и рок-администрирование сплошь состоит из подобных ребят. Результат грустный. Но вакуум то заполняется сам по себе случайными людьми, которые отнюдь не профи.
Если такая ситуация в режиссуре, откуда что то другое в свете? Все те же тенденции свойственны и концертному свету.
Вообще, в профессию, часто приходят случайно и единицы имеют профильное образование. Что с остальными? Тут важно не откуда ты пришел, а как ты растешь? Хочешь ли учится и развиваться, как творчески перерабатываешь свой опыт. Используешь ли прежнюю профессию, как полезное дополнение или остаешься, к примеру технологом, неудавшимся музыкантом или бывшим фотографом, но только с кнопками и лампочками.
Почему эти две последние специальности я выделил? Может ли прежняя база помочь, а не мешать? Безусловно, если подсознательно не смотреть на свою новую профессию свысока и не пытаться диктовать в новом монастыре свои прежние законы. Казалось бы азы, как зубы почистить. Но увы.

Разбор полета
Возьмем современный "типовой" концерт группы, только со светом и посмотрим его без звука, без видеоряда и издалека. Так чтобы было непонятно, какая группа на сцене. Имея такую видеозапись или набор кью на световом пульте, перемонтируем запись, наложив любую другую группу в звуковую дорожку, так чтобы смены света попадали в долю. Ручаюсь, за редким исключением, один концерт будет неотличим от другого. Почему?
Потому, что музыканты начали руководить светом. Как? Да как привыкли. Они свет видят ушами. К счастью, хоть некоторые умудряются не обозначать миганием каждую долю, создавая в итоге невообразимый хаос, интуитивно догадываясь о чувстве меры, и о том, что в зале не музыканты, а обычные зрители, с обычными ушами, которые не слышат половину нюансов. Свою работу они обсуждают с действующими музыкантами на сцене, которые оценивают работу художника, просматривая видео концерта, даже не догадываясь, что камера и глаз видят по-разному.
Зато об этом свойстве камеры прекрасно знают другие случайные художники по свету, бывшие фотографы и видеооператоры. Но они привыкли работать с плоскостью, а не с объемом.
На фотографию или экран смотрит один зритель, из одной точки, а в зрительном зале таких точек тысячи. Нельзя не добавить, что и принципы освещения в фото и на сцене хоть и похожи, но существенно отличаются. Однако, бывшие фотографы с бездумным упорством переносят их в сценическую среду. Обидно, что вместо того, чтобы обогатить школу сценического света, "бывшие" её фактически отвергают.
К счастью, не все катастрофично, кто реально обогащает нашу профессию, так это инженеры и айтишники. Оно и понятно, они изначально заточены на универсальность и технологичность, поэтому падающие и сгоревшие приборы, кривой софт, – больше редкость, чем закономерность.
Вы думаете, список системных ошибок закончен? Увы, это была присказка. Сказка начинается только сейчас. Имя этой сказки – маректинг и дизайн. В самом широком и в самом дурном значении этих слов.
Дизайн, в самом дурном смысле этого слова, пришел, сел в раскаряку и начал разглагольствовать о моде и трендах. Что махать световыми циркулями плохо, бимы не в моде, а мадженту больше не носят. Дизайн убил поочередно зеркальные шарики, бегущие огни, лазеры, сканеры, опять бегущие огни, и уже на новом витке убивает и так бесконечно. (читайте учебник). Почему? Любая мода заканчивается старомодностью, броский прием приедается и требует следующей дозы. Но прием, это просто средство, не больше.
Сам факт моды в искусстве убийственен, тренды тут убивают все. Фундаментальный принцип театра – уникальность и неизбежная необходимость. Прием ради приема, моды, внешнего спроса, демонстрации приборов, убийственен, а плагиат позорен. Но ребята даже не стесняются, "насмотренность" и "референс" заменили образование и начитанность. Кругозор расширяют книги, картины, кинофильмы. Поверьте, там есть что подчерпнуть.
Понятно, что все картины и стихи уже написаны, мелодии сочинены, а спектакли поставлены. Но художник, используя опыт поколений, как-то умудряется создавать постоянно новое и свое. В его распоряжении весь арсенал приемов предыдущих поколений, но он их знает и вытаскивает со склада необходимый, именно здесь и именно сейчас.

Художник и пиар.

Я поймал себя на том, что самых востребованных художников почти нет в соцсетях. Их страницы заполнены больше рыбалками и походами, чем профессией и это закономерно. Зачем мастеру лезть в социальные сети, создавать тусовки, где он как гуру? Зачем? И без этого его мероприятия расписаны вперед на несколько лет. Помните, я говорил о состоявшихся живописцах? Здесь всё так же.
Казалось бы, чем плохи пиарщики? Свет стал товаром, рынок диктует правила. Надо убедить публику, что именно твой пирожок уникален, а чужие пирожки, при малейшей возможности, понадкусывать. Ну и самолюбие потешить. В конце концов, каждый рекламирует себя, как может. Пока ты отвечаешь только сам за себя, это твое личное дело. Даже интересно иногда. До момента " я вас научу, как надо" ©. Если твой опыт субъективен, школы нет или она фрагментарна, обучение является способом получить новые заказы и оттолкнуть конкурентов, а не искреннее желание обучить, вот тогда начинается потеха.
Хотя какая это потеха, это катастрофа. Число воинствующих неучей-коучей, как лавина, сметает всех и вся на своем пути.
Стыдно говорить, но чтобы учить, надо самому очень много знать и уметь, но этого мало. Методику преподавания никто не отменял, это наука.
Надо потратить очень много сил и времени, чтобы все свои знания и умения систематизировать, разложить по полочкам, разжевать и положить в рот к ученику. Чтобы что-то предлагать, надо всю жизнь этим заниматься. Это труд очень неблагодарный и кропотливый.
Не, мы учебники годами не пишем, учеников не пестуем, а вот лекции, семинары, тренинги и форумы – пожалуйста, сколько угодно. Сначала рванем в художники по свету, а потом наклепаем всяческих курсов.
У добротной эстрады, есть одно уважаемое качество – они не претендуют на высокое искусство, отдавая себе отчет, что просто развлекают публику, создавая "культурно-прохладительный продукт". Те же, кто искренне считает, что блатняк – это шансон, а длинный хайр и прыжки с гитарой – это рок, называются попсой. Похоже, пора вводить новый термин – световая попса.